Скорее всего, дело обстоит проще. Единство исторического развития обеспечивается материальным единством Вселенной. А материальное единство Вселенной, в свою очередь, – единством ее физического происхождения.

Если придерживаться теории «Большого Взрыва», утверждающей, что пространство и время возникли из общей (материальной) точки путем ее стремительного расширения (а такая теория с момента открытия реликтового излучения считается подтвержденной), то можно с достаточной долей уверенности полагать, что и все развитие, во всех его формах, порожденное этим «первичным толчком», осуществляется по единым законам. Они должны быть в принципе одинаковыми и для унигенеза, представляющего собой эволюцию нашей Вселенной, и для биогенеза, выраженного развитием всех живых форм на Земле, и для социогенеза – исторической трансформации социальных структур.

Законы эти, конечно, по-разному представительствуют на разных уровнях бытия, они по-разному опосредованы структурами, возникающими на разных этапах развития, и вместе с тем они пронизывают собой всю глобальную онтологию и превращают ее в единый иерархический нарратив.

Подобие локальных цивилизаций, их техногенный и социальный изоморфизм, свидетельствует о том, что такие законы реальны (имеют физический смысл) и значит могут быть сформулированы на языке точных понятий.

Время и Дао

Однако подобие локальных цивилизаций вовсе не означает их полного конфигурационного совпадения. Локальные цивилизации различаются между собой по типам культур, которые, в свою очередь, отражают соответствующий им типтрансценденции.

Под трансценденцией мы в данном случае понимаем комплекс предельных метафизических представлений о происхождении, устройстве и назначении мира, выраженных, как правило, в религиозной форме. Распаковка трансценденции порождает начальные аксиологические координаты и тем самым создает специфику цивилизационного бытия.



3 из 36